Почему Москва и Санкт-Петербург сохраняли позиции лидеров даже при утере столичного положения?

Короткий ответ — инерция развития и «агломерационный капитал». И Москва, и Санкт-Петербург к моменту потери столичного статуса уже были настолько мощными экономическими, инфраструктурными и культурными узлами, что продолжали лидировать по инерции и за счёт эффектов масштаба. А теперь развернуто — по пунктам.

1. Накопленная инфраструктура и вложения
   Столицы десятилетиями «притягивают» ресурсы: дороги, порты/вокзалы, инженерные сети, управленческие здания, жильё, культурные объекты. Эти вложения не исчезают, когда у города забирают титул. Они продолжают давать преимущество бизнесу, науке и населению — дешевле и выгоднее расширяться там, где уже всё подведено.

2. Эффекты агломерации
   Большой город — это плотный рынок труда, длинные кооперационные цепочки, быстрое распространение знаний, широкий спектр услуг. Чем больше «критическая масса», тем сильнее самоподдерживающийся рост. Потеря столичности не убирает эту массу: предприятия остаются рядом с поставщиками и кадрами, а люди — рядом с рабочими местами.

3. Транспортная география
   — Москва исторически — узел радиальной сети путей, а с появлением железных дорог стала главным железнодорожным хабом страны. Центр огромного внутреннего рынка логистически удобен и без формального статуса столицы.
   — Санкт-Петербург — морские ворота: Балтийский порт, судоходство, судостроение, внешняя торговля. Морской выход — стратегическое преимущество, которое не зависит от политической функции.

4. Диверсификация экономики
   Обе агломерации рано получили широкий набор отраслей — от торговли и банков до промышленности, науки и креатива. Такая «широкая полка» делает города устойчивыми: даже если часть государственных учреждений уехала, другие сектора тянут занятость и доходы.

5. Культурный и символический капитал
   Театры, музеи, университеты, издательства, профессиональные сообщества, историческая застройка, «городской бренд» — всё это удерживает талантливых людей и инвестиции. Столичный культурный слой создавался поколениями и не переезжает грузовиком в новый административный центр.

6. Административная инерция и сети влияния
   Даже при переносе столицы не всё управление мигрирует мгновенно. Часть ведомств, штаб-квартир компаний, отраслевых НИИ и КБ остаётся, а вместе с ними — контракты, подрядчики, «социальный капитал» связей. Это поддерживает деловую активность на месте.

7. Религиозное и историческое ядро (для Москвы)
   Москва долго оставалась «сердцем» русской истории и религиозной традиции, что поддерживало престиж, приток пожертвований, образовательных инициатив и людей статуса, даже когда политический центр был на Неве.

8. Городская политика и приоритеты государства
   И имперская, и советская/российская власть последовательно вкладывались в оба города по стратегическим причинам:
   — Москва — как управленческий и коммуникационный «хаб» огромной страны.
   — Петроград/Ленинград/Санкт-Петербург — как окно в Европу, промышленно-научный кластер и базовый порт. Такая двуцентровость закрепляла их лидерство.

9. Самоусиление рейтингов и ожиданий
   Крупные компании, вузы и медиа стремятся быть «там, где все». Как только город входит в короткий список «номеров один и два», он удерживает позиции силой репутации: легче нанимать, проще привлекать капитал, больше внимания федеральных программ.

Итог: столичность дала стартовый импульс, но решающими стали накопленные сети — людей, капитала, инфраструктуры и знаний. Эти сети пережили смену формального статуса и продолжили кормить рост, поэтому и Москва при Петербурге, и Петербург при Москве не выпадали из лидеров.