Ниже — краткая «карта» того, как менялась социальная структура в России от раннего Нового времени до наших дней: кто из каких слоёв состоял, что с ними происходило и почему.

Московское царство → ранняя империя (XVII — первая половина XVIII вв.)

• Сословия как каркас общества. Главные группы: дворяне/служилые люди, духовенство, посадские (горожане-ремесленники и торговцы), крестьяне. Принадлежность к сословию закреплялась правом и обязанностями.

• Крепостничество. Окончательное оформление прикрепления крестьян к земле и владельцу; это резко ограничило мобильность основной массы населения.

• Служилое дворянство. Земля в обмен на военную/государственную службу; постепенно дворяне превращаются в наследственную элиту.

Петровские и послепетровские реформы (XVIII в.)

• Табель о рангах. Появляется «служебный лифт»: личное и потомственное дворянство можно получить через военную и гражданскую службу.

• Европеизация элиты. Дворянство отделяется культурно и юридически (монополия на высшие должности, привилегии, освобождение от обязательной службы к концу века).

• Городские сословия. Купцы, мещане, цеховые — оформляются как отдельные корпорации с правами и налоговыми обязанностями.

• Крепостное большинство. Крестьянство остаётся главным и наиболее зависимым слоем; государственные крестьяне выделяются в особую категорию.

XIX век: от крепостного порядка к классовому обществу

• Отмена крепостного права (1861). Юридическое освобождение крестьян, переход к выкупным платежам; сельская община (мир) регулирует переделы земли и ограничивает индивидуальную мобильность.

• Земства и городские думы. Появляются местные органы самоуправления — растёт слой земских деятелей, земских врачей и учителей.

• Индустриализация и урбанизация. Формируются рабочий класс и промышленная буржуазия (финансисты, фабриканты), укрепляется купечество.

• Интеллигенция. Как культурно-профессиональная группа (учёные, инженеры, юристы, журналисты) становится заметным актором общественной жизни.

• Миграции и мобильность. Переток населения из деревни в города; появляются «разночинцы», делающие карьеру образованием и службой.

Революции и ранний СССР (1917–1930-е)

• Ломка сословий. Юридическое упразднение сословной системы, декларируемое равенство; дворянство и буржуазия лишены привилегий, часть эмигрирует.

• Новая структура по классовому принципу. Пролетариат и беднейшее крестьянство провозглашаются «базовыми» слоями; формируется слой партийно-государственной номенклатуры.

• НЭП. Временное сосуществование госконтроля с частной инициативой порождает слой «нэпманов», кооператоров.

• Коллективизация и раскрестьянивание. Ликвидация кулачества как «класса», создание колхозов и совхозов; массовый исход из деревни, рост городского населения.

Поздний СССР (1940-е — 1980-е)

• Урбанизация и индустриальное общество. Большинство — городские жители; доминируют рабочие и служащие, растёт удельный вес инженерно-технических кадров.

• Номенклатура и «красная буржуазия». Закрытые карьерные лифты через партию и комсомол; доступ к дефицитам и статусным благам.

• Относительное сглаживание неравенства. Формально низкая дифференциация доходов, но значимые различия по доступу к жилью, распределению, медицине, «блату».

• Массовые социальные гарантии. Полная занятость, бесплатные образование и медицина формируют устойчивые ожидания социальной защищённости.

Постсоветский период (1990-е)

• Резкая стратификация. Приватизация и рыночные шоки образуют верхний слой олигархического/крупного бизнеса, расширяется теневой сектор.

• Новая средняя прослойка. Предприниматели малого и среднего бизнеса, менеджеры, юристы, айтишники, риелторы — но с высокой нестабильностью.

• Маргинализация части населения. Обнищание, безработица, рост неформальной занятости; разрыв между столицами и периферией.

• Трансформация интеллигенции. Смена источников дохода (образование, медиа, культура) на рыночные модели, коммерциализация профессий.

2000-е — 2010-е

• Консолидация элит. Крупный бизнес тесно связан с государством; усиливается слой государственно-корпоративного менеджмента и силовых структур.

• Рост потребительского среднего класса (офисные служащие, ИТ, финансы, услуги) в крупных городах; затем — стагнация и сжатие в кризисы.

• Региональная поляризация. Москва, Петербург и несколько агломераций отрываются по доходам и возможностям от остальной страны.

• Миграционные потоки. Внутренняя миграция в мегаполисы и приток трудовых мигрантов из стран СНГ формируют новые низко- и среднеквалифицированные городские слои.

2020-е

• Смешение классово-корпоративной модели. Усиление роли государства в экономике, рост доли госсектора и квазигоссектора — укрепление слоя «управленцев-бюрократов».

• Переустройка профессиональной структуры. Дальнейшая цифровизация, рост ИТ-и околоиТ-занятости, логистики и курьерских сервисов; одновременно — отток специалистов за рубеж и «релокация» компаний.

• Неравенство и уязвимость. Сохраняется высокий разрыв по доходам и доступу к услугам между столицами/крупными центрами и остальными регионами; заметные различия по возрасту и занятости (прекариат, самозанятые).

• Новые формы занятости. Самозанятость, фриланс-платформы, гибридная занятость, рост числа микробизнесов и ИП; слабая профсоюзная организация.

Долгие тренды, которые тянутся через столетия

• От сословий к классам и далее — к многоуровневой стратификации. Жёсткая правовая привязка сменилась экономическим и статусным расслоением.

• От аграрной страны к преимущественно городской. Главный сдвиг — массовая урбанизация XX века.

• Мобильность «рывками». Социальные лифты открывались волнообразно (Пётр I, реформы XIX века, индустриализация, 1990-е) и затем частично «закрывались».

• Сильная роль государства. Во все эпохи государство оставалось ключевым арбитром статусов и распределения ресурсов — от дворянских привилегий до номенклатуры и госкорпораций.

• Региональная асимметрия. Длительный разрыв центра и периферии по доходам, возможностям и качеству жизни.

• Переопределение «среднего класса». От советского «массового среднего» по стандарту потребления — к рыночному среднему классу, зависящему от конъюнктуры и институтов.

В сумме эволюция шла от жёсткой сословной пирамиды к сложной, динамичной и регионально неравномерной стратификации, где ключевые линии раскола — доступ к госресурсам, место проживания, тип занятости и уровень человеческого капитала.