Сравните стихотворения А. С. Пушкина «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...» и Г. Р. Державина «Памятник».

Стихотворения Г. Р. Державина «Памятник» и А. С. Пушкина «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» принадлежат к одной литературной традиции. Оба произведения восходят к оде Горация «К Мельпомене», где поэт говорит о бессмертии, которое даёт человеку не власть, не богатство и не воинская слава, а творчество. И Державин, и Пушкин размышляют о судьбе поэта, о значении поэзии, о памяти потомков. Однако при сходстве темы их стихотворения заметно различаются по интонации, смысловым акцентам и представлению о назначении поэта.

Главное сходство двух произведений заключается в самом образе памятника. У обоих авторов памятник не является материальным сооружением. Это символ поэтической славы, духовного бессмертия. Державин пишет: «Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный…», Пушкин начинает стихотворение словами: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…». В обоих случаях речь идёт о том, что истинная память о человеке сохраняется не в камне или металле, а в его творчестве. Поэт умирает как человек, но остаётся жить в слове.

Оба стихотворения построены как торжественное размышление поэта о собственном месте в истории. Лирический герой уверен, что его имя не исчезнет. Державин говорит, что его слава будет расти, пока существует «славянов род», а Пушкин утверждает, что к его памятнику «не зарастёт народная тропа». У обоих поэтов возникает мотив народной памяти: их творчество будет нужно не узкому кругу современников, а многим поколениям.

Но при этом понимание своей заслуги у Державина и Пушкина различно. Державин прежде всего подчёркивает новаторство своего поэтического стиля и свою роль в развитии русской литературы. Он гордится тем, что «первый дерзнул» говорить о высоком «забавным русским слогом», то есть соединять торжественное и простое, важное и живое. Его заслуга связана с обновлением оды, с введением в высокую поэзию более свободной, личной, яркой речи. Кроме того, Державин говорит о том, что он умел «истину царям с улыбкой говорить». Для него важна смелость поэта перед властью, но эта смелость выражена ещё в рамках придворной культуры XVIII века: поэт может наставлять монарха, прославлять государство, говорить правду, оставаясь близким к официальному миру.

У Пушкина смысл поэтической заслуги шире и глубже. Он говорит не только о литературном новаторстве, но и о нравственной миссии поэта. Его главная заслуга в том, что он «чувства добрые» лирой пробуждал, что в «жестокий век» восславил свободу и «милость к падшим призывал». Для Пушкина поэзия — это не просто искусство слова, а духовная сила, способная воспитывать человека, защищать свободу, пробуждать сострадание. В пушкинском стихотворении поэт выступает не придворным певцом и не наставником монархов, а независимым служителем истины и добра.

Различается и масштаб поэтической славы. У Державина слава связана прежде всего с Россией, с «славянов родом», с конкретной исторической эпохой. Он перечисляет географические пространства Российской империи, показывая широту распространения своей известности. У Пушкина масштаб становится ещё более народным и общечеловеческим. Он пишет, что его назовёт «всяк сущий в ней язык»: и «гордый внук славян», и финн, и тунгус, и калмык. Это не просто география империи, а образ многонациональной России, в которой поэт будет понятен разным народам. Пушкин подчёркивает не официальную славу, а живую связь поэта с народом.

Важное отличие видно и в отношении к власти. У Державина поэт находится рядом с властью: он говорит царям правду, но всё же его позиция во многом связана с представлением о просвещённом монархе и государственной службе. У Пушкина отношение к власти более независимое. Он говорит о свободе, о милости к падшим, о нравственном сопротивлении «жестокому веку». Его поэт не ждёт награды от царей и не ориентируется на официальное признание. В финале он обращается к музе: «Хвалу и клевету приемли равнодушно / И не оспоривай глупца». Здесь выражена мысль о внутренней свободе художника. Поэт должен исполнять своё предназначение, не зависеть от мнения толпы, от похвалы, от клеветы и внешнего успеха.

Финалы стихотворений тоже различаются. У Державина заключение звучит торжественно и уверенно. Он обращается к музе с призывом гордиться своей славой, презирать тех, кто презирает её, и украшать чело «зарею бессмертия». В этой концовке много одической приподнятости, величия, самоуверенности. У Пушкина финал более строгий и философский. Его муза должна быть послушна «веленью Божию», не требовать венца, не бояться обиды, не спорить с глупцом. Пушкинская интонация менее торжественно-самопрославляющая, более мудрая и смиренная. Он говорит о бессмертии поэта, но одновременно подчёркивает, что поэт служит не собственной славе, а высшему призванию.

Различается и художественный стиль произведений. Державинское стихотворение ближе к классицистической оде: оно торжественно, величаво, насыщено высокой лексикой. В нём чувствуется связь с традицией XVIII века, где поэт говорит о себе как о человеке государственного и культурного значения. Пушкин сохраняет торжественность жанра, но делает речь более естественной, ясной и глубокой. Его стихотворение звучит проще, строже, гармоничнее. В нём меньше внешней пышности, но больше внутренней силы.

Таким образом, стихотворение Державина стало важным этапом в развитии темы поэтического бессмертия в русской литературе. Державин утверждает величие поэта, который обновил русскую словесность и осмелился говорить правду власти. Пушкин продолжает эту традицию, но наполняет её новым содержанием. Для него бессмертие поэта определяется не только мастерством и славой, но и нравственным значением творчества: служением свободе, добру, милосердию и правде.

Оба стихотворения говорят о победе искусства над временем. Но если у Державина на первом плане личная литературная заслуга и торжество поэтической славы, то у Пушкина — духовная миссия поэта и его независимость. Поэтому пушкинский «Памятник» воспринимается как итоговое размышление не только о собственной судьбе, но и о высшем назначении поэзии вообще.