Какую роль отводит Гоголь искусству и религии в пробуждении души?

У Nikolai Gogol искусство и религия связаны общей задачей — пробуждением «спящей» человеческой души, но роли у них разные по функциям и глубине воздействия.

Искусство у Гоголя прежде всего выступает как средство нравственного потрясения. В своих произведениях он показывает человеку его же собственные пороки — часто через гротеск, сатиру, гиперболу. Мир чиновников, помещиков, мелких обывателей в «мирской» части его творчества устроен так, что человек привыкает к духовной пустоте и перестаёт её замечать. Именно поэтому искусство у Гоголя не «успокаивает», а наоборот — должно встряхнуть читателя, заставить увидеть уродство привычного уклада. В этом смысле особенно показательно произведение Dead Souls, где путешествие Чичикова становится способом вскрыть внутреннюю мертвенность общества. Смех у Гоголя — не развлечение, а инструмент морального обнажения.

Однако при всей силе художественного воздействия Гоголь постепенно приходит к мысли, что одного искусства недостаточно для полного духовного преображения человека. Оно может показать грех, но не всегда способно исцелить душу от него. Отсюда его поздний поворот к религиозному осмыслению жизни. В книге Selected Passages from Correspondence with Friends он уже прямо говорит о необходимости внутреннего покаяния, смирения и обращения к Богу как к единственному источнику подлинного обновления человека.

Таким образом, в системе взглядов Гоголя искусство — это этап пробуждения: оно разрушает иллюзии, заставляет человека увидеть свою духовную болезнь. Религия же — это уже путь исцеления, преображения и спасения души. Если искусство «открывает глаза», то религия, по Гоголю, должна научить человека жить заново — в покаянии, любви и духовной ответственности.