В романе древнеримского автора «Луций, или Золотой осёл» (I в. н. э.) описана следующая ситуация: двое путников несколько дней пешком добирались до своей цели. Достигнув её, прежде чем приступить к еде и отдыху, «они разделись, натёрлись у огня салом и, достав котёл горячей воды, обмылись в наскоро устроенной бане». Как вы объясните столь странные действия?

Ничего особенно странного герои не делали: странность возникла из-за неудачного русского перевода, в котором смешаны и переставлены отдельные действия.

В латинском тексте Апулея последовательность примерно такая: они разделись, согрелись у большого огня, облились горячей водой, затем натёрлись маслом и легли за стол. То есть выражение «натёрлись у огня салом» в оригинале отсутствует. Латинское oleo peruncti означает «умастились маслом», скорее всего оливковым, а не свиным салом. Слова о согревании относятся к огню, а слова о натирании — к маслу после мытья.

Перед нами обычная походная замена настоящей бани. Огонь выполнял роль горячего помещения, котёл давал воду для обливания, а масло использовалось после мытья для ухода за кожей. Оно смягчало её, защищало от сухости, ветра и холода. В античном Средиземноморье умащение тела маслом было привычной частью банной процедуры.

То, что они вымылись до еды, также вполне естественно для античного быта. После долгой дороги тело и одежда были покрыты потом и пылью, а основную пищу часто принимали полулёжа на общем ложе. Поэтому сначала полагалось привести себя в порядок, а уже потом садиться или возлежать за столом.

Таким образом, смысл эпизода можно передать так: путники разделись, отогрелись у костра, наскоро обмылись горячей водой, умастили тело маслом и после этого приступили к ужину.

Есть и библиографическая неточность: процитированный эпизод находится в четвёртой книге «Метаморфоз, или Золотого осла» Апулея, жившего во II веке н. э. Название «Луций, или Осёл» относится к другому, греческому произведению, традиционно связываемому с Лукианом.